mayak_parnasa (mayak_parnasa) wrote,
mayak_parnasa
mayak_parnasa

Category:

Несколько слов к вопросу о репродукциях и подлинниках или зачем ходить в музей.

Мы тут прочли прекрасный пост, который рассказывает о том, зачем же нужно ходить в музей. Да, причин множество, но есть одна, как нам кажется, самая главная - чтобы увидеть вживую!
А рассказывает об этом человек, много лет проработавший реставратором. И точно знающий о чём говорит.
Оригинал взят у je_nny в несколько слов к вопросу о репродукциях и подлинниках
По горячим следам поста je_nny: я поведу тебя в музей!

Решила сразу же написать - пока не забыла! - зачем вообще-то надо ходить в музей (кроме множества других причин).
Натолкнула меня на эту проблему hhhhhhhhl, которая написала в комментариях,  правда, к другому посту - ПОДБОРКА КНИГ ПО КОЛОРИСТИКЕ - о том, как трудно воспроизвести при типографской печати живописное произведение.
Чистая правда!
И не только живописное - те же проблемы и при передаче рисунка, акварели, гравюры.
Помню, как поразила меня живопись Модильяни - пожалуй, даже процитирую сама себя (пост где-то есть в ЖЖ, но разве найдешь!):



Модильяни – это первая любовь.
Живописи его я не знала (да и где ее было увидеть?), но романтический ореол одинокого, непонятого современниками гения (к тому же – такого красавца!), богемная парижская жизнь (абсент, гашиш, бесконечная череда романов – ах, Амедео!), ранняя смерть художника и трагическая гибель его возлюбленной Жанны Эбютерн – столь впечатляюще разыгранные Жераром Филиппом и Анук Эме в знаменитом фильме «Монпарнас, 19» – все это заставляло трепетать мое юное сердце.

«Монпарнас-19» (Les amants de Montparnasse (Montparnasse 19), 1958)
Фильм рассказывает о последних годах жизни великого художника Модильяни. Бедный итальянский художник, страдающий от алкоголизма и опиумной зависимости, влюбляется в Жанну Эбютерн, девушку из состоятельной семьи, родители которой категорически против их отношений…
Подробнее на КиноПоиск.Ru

Потом – Илья Эренбург со своими очерками-воспоминаниями.
Потом – Анна Ахматова!
Анна Ахматова, бросающая розы в окно Моди – а он не верит, что розы прилетели в окно: они так красиво лежали, наверное, ты вошла и специально их разложила!
Рисунки обнаженной Ахматовой – словно высеченные в бумаге резкими уверенными линиями.

Бледные репродукции из журналов, с которых странные длинношеие женщины смотрели на нас так же недоуменно, как и мы на них… Помните, в фильме «Служебный роман» – в квартире Людмилы Прокофьевны висит на стене именно такая репродукция?
И вот оказалось, что в живописи Модильяни нет ничего бледного и худосочного – она яркая, живая и таинственная. Она пульсирует красками и ударяет линиями, она полна энергии и драматизма.
Портреты, при всей их условности, необычайно похожи – в этом убеждаешься, узнавая модели на фотографиях: нелепый утконосый Хаим Сутин, гротескный Макс Жакоб, сдержанно скромный Леопольд Зборовский. Конечно, сходство изображения и модели не столько физическое, сколько ментальное, духовное – да и нелепо было бы требовать от живописи «портретного» сходства после изобретения фотографии.
Когда Леопольд Сюрваж стал возмущаться, почему это у него на портрете только один глаз со зрачком (?!), Модильяни ответил: «Потому что ты смотришь на мир одним глазом, другим ты смотришь в себя…»
Контора Кука: Финляндия - музеи

Женщины на портретах Амедео все «смотрят в себя», их голубые глаза-льдинки бездонны, их лица замкнуты и отстраненны, полны женственной силы и «затравленной нежности». Они гротескны и прекрасны: нелепая девочка в черном переднике – усталое дитя города со взглядом брошенной собаки, которая ничего не просит и ни на что не надеется; угловатая Мари – челка, скорбный кровавый рот, неожиданный белый бант в волосах; голубоглазая Жанна – суровая и нежная, безмятежная и трагичная.
Обнаженные женские тела на полотнах Модильяни цветут и торжествуют. Сбрасывая одежды, женщина освобождается и раскрывается – но не делается от этого доступной и понятной. Нагота приближает ее к богине.

В работах Модильяни причудливо и гармонично соединены живопись и графика – линия и цвет равноправны и взаимно поддерживают друг друга. Он был великолепным рисовальщиком, владевшим всеми тонкостями классического академического рисунка, но никогда не боялся «сломать» линию, заострить и приблизить силуэт к гротеску – поставленные рядом рисунки сидящей обнаженной и сидящей Анны Ахматовой (тоже обнаженной) кажутся созданными разными художниками.
Модильяни прожил только 36 лет.
В 1920 году он умер от менингита.
На следующий день беременная Жанна покончила жизнь самоубийством.


Кто прочел под катом, понял, что именно поразило.
То же самое могу сказать о живописи, например, Фешина.
Тоже писала - Николай Фешин в Третьяковке - но повторюсь:

Опять - в который раз! - убедилась, что все репродукции, слайды и картинки в Интернете ничего не стоят - смотреть нужно только вживую. Так было с Модильяни, живопись которого - по репродукциям - казалась мне плоской, так же произошло и с Фешиным, хотя в этом случае и по репродукциям было понятно, что живописная поверхность его картин плоской быть не может, но наяву она оказалась просто бушующим морем, ураганом, стихийным бедствием! Я чуть носом не тыкалась в красочную поверхность, пытаясь понять: как, как он это делает?! Мешанина красок, набросанных пастозно и вроде бы как попало - но нет! Все неимоверно точно и продуманно. Мне кажется, Фешина подделать, скопировать - невозможно! Рисунок, композиция, тон, цвет - да. Но повторить это яростное безумство красочного мазка, идущего то вдоль, то поперек полотна, то по диагонали; раздавленного и заглаженного мастихином, вырывающего с поверхности - в другое измерение! -  НЕВОЗМОЖНО.

Портрет Лепилова:   это такой пир черного цвета, у которого, оказывается, масса оттенков! Как написан  этот черный пиджак, нет, это надо видеть и долго рассматривать. По этому пиджаку надо путешествовать, экскурсии водить!

Вот зачем надо ходить в картинные галереи и музеи - за подлинностью.
Пусть произведения искусства за стеклом, а экспонаты - в витринах, неважно.
Все равно они живые, настоящие и прекрасные.

Любой старинный предмет обладает особой аурой.
Про иконы говорят - намолённые.
А тут не знаешь, какое слово применить - обжитые?
Есть такой термин: "бытование вещи" - ее жизнь в веках.

Мне, конечно, сказочно повезло - я работала реставратром и хранителем и запросто держала в руках, например, акварели Петра Соколова или Владимира Гау. Я всегда чувствовала эту ауру, особенно сильную в портретах, где смешаны энергии и художника, и модели, и тех людей, что хранили этот портрет и любовались им.
Портрет вообще вещь магическая...

Но это я отвлеклась.

Про живопись  понятно, но гравюра?
Прекрасно вроде бы передается в репродукции - цвета никакого, то есть один черный...
Ан нет!
Начисто пропадает магия оттиска: когда вы держите в руках лист с гравюрой, вы ощущаете кончиками пальцев шероховатость или гладкость бумаги, чувствуете  ее запах - ни с чем не сравнимый для истинного любителя! Если оттиск резцовой гравюры один из первых, то вы можете увидеть и почувствовать, притронувшись пальцем, высоту штриха, его объемность!
Конечно, эти радости недоступны в экспозиции - гравюра под стеклом.
Да и современные средства воспризведения на высоком уровне, так что не всякий музейщик  может иной раз с первого взгляда определить - оригинал это гравюры или ее скан. Так что для экспозиции и копии достаточно, тем более, что гравюры нельзя экспонировать дольше трех месяцев. Но для любителя и коллекционера никакая репродукция не заменит оригинала!



Р.Нантейль - Портрет Жана-Батиста Кольбера - 1676
Резцовая гравюра

Деталь:



Б. Болсверт по живописному оригиналу П.П. Рубенса
Тайная вечеря. Ок. 1632-33
Офорт, резец. 63х48,5

Деталь - голова Иуды:

И еще крупнее:



И еще под конец - про копии и оригиналы, уже не типографские.
Не стану про живопись - это огромная отдельная тема, могу потом написать.
Про рисунки и акварели.
После того, как через  твои руки пройдет тысяч пятнадцать рисунков и акварелей, ты научаешься определять копии - не знаю, как: шестым чувством, третьим глазом, но ты их чувствуешь. Найти этому научное объяснение трудно, но можно. Просто эта оценка происходит бессознательно: компьютер у нас в голове мгновенно перебрал все 15 тысяч файлов и выдал результат. Это и есть знаточество, про которое, похоже, тоже надо написать.

Дело в том, что автор и копиист достигают одного результата разными средствами, а иногда копиист просто не понимает автора и пишет нечто подобное на авось.
Если говорить про рисунок, то понятно, что автор действовал уверенно, его штрих энергичен и логичен, если так можно сказать. Копиист повторяет за автором - его линия вялая, неуверенная. Это только один их факторов сличения копии и оригинала, их множество.


Слева:
Неизвестный художник с оригинала П.Ф. Соколова 1827 г.
Портрет С.А. Бобринской 1892

Справа:

П.Ф. Соколов - Портрет С.А. Бобринской. 1827
   

Слева:
Неизвестный художник с оригинала П.Ф. Соколова
Портрет М.Ю. Виельгорского. П.п. XIX в.

Справа:
П.Ф. Соколов - Портрет М.Ю. Виельгорского - Вт.п. 1830-х
   

А завершая этот текст хотим порекомендовать вам прекрасное сообщество Планета Музей, создателем и модератором которого и является автор этого текста. Здесь вы узнаете много нового и интересного. И никогда не заскучаете.
Поддержи авторов - Добавь в друзья!
Tags: интересное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments